Как море стало солёным

На Ветряных берегах, где ветер почти никогда не стихал, стояла маленькая деревушка. Дома там прятались за невысокими плетнями, сплошь темно-зеленые, цвета морских водорослей крыши были крепкими и тяжёлыми, а на окраине начиналась дорога, уходившая к самому морю.

В этой деревушке жили два брата — Елисей и Лука.

Елисей был старшим. Он держал небольшую лавку у дороги, умел торговаться и считал каждую монету, поэтому со временем разбогател. Лука был младше. Он работал в поле, помогал соседям с сенокосом и жил скромно. Денег у него всегда было впритык, зато Лука славился добрым нравом и никогда не отказывал тому, кто просил о помощи.

Братья были очень разными, но всё-таки оставались братьями.

Накануне Долгой Ночи — самой длинной ночи в году, — люди Дивнолесья старались заранее запастись едой и дровами. В эту ночь семьи собирались вместе, зажигали огни и радовались тому, что после самой длинной ночи день снова начнёт понемногу прибавляться.

В доме Луки запасов почти не осталось.

Однажды вечером он посмотрел на полку, где оставалась единственная полупустая банка соленьев, потом на небольшой мешок муки, которого едва хватало на пару дней, и решил отправиться к Елисею.

— Брат, — сказал Лука, когда вошёл в лавку, — не найдётся ли у тебя чего-нибудь к Долгой Ночи? Хоть немного хлеба или мяса.

Елисей посмотрел на него поверх прилавка.

— Я же только на прошлой неделе делился с тобой продуктами. Опять тебе чего-то не хватает?

Лука промолчал.

Елисей был человеком прижимистым. Ему не нравилось делиться тем, что он считал своим, особенно с братом, который, как ему казалось, всегда жил слишком легко и слишком мало думал о деньгах.

Но в тот вечер у него нашёлся целый окорок.

— Хорошо, — наконец сказал Елисей. — Дам тебе окорок. Только сначала сделай то, о чём я попрошу.

— Что же?

— Ступай в Чёрную крепь.

Лука нахмурился.

О Чёрной крепи в Ветряных берегах ходили разные слухи. Говорили, что вдали от людских селений, среди тёмных скал, стоит древняя крепость, а глубоко под ней начинается подземное царство. Никто толком не знал, кто там живёт и зачем хранит свои тайны.

— В Чёрную крепь? — переспросил Лука.

— Именно туда, — ответил Елисей. — Вот тебе... – Елисей наклонился, чтобы поднять с земли покрытую песком и сухими морскими водорослями морскую раковину. Если погулять по берегу деревни, таких можно было найти еще с десяток в любой день, и даже еще красивее и крупнее. – Если сумеешь обменять ее на что-то ценное у жителей подгорного царства, окорок будет твой. И я буду давать тебе такой же каждую неделю.

Лука подумал немного. "На что можно выменять эту никому ненужную раковину, которая валялась под ногами?Ай, пусть будет как будет. На что-нибудь да выменяю".

— Хорошо. Так и быть, я пойду.

Елисей удивлённо посмотрел на него.

— Ты и правда пойдёшь?

— Даю слово.

Он собрался для похода, положил в мешок ракушку, и отправился в путь.

Лука шёл долго.

Сначала дорога петляла между полями, потом дома остались позади, а ветер стал сильнее. Над головой сгущались сумерки. Вскоре Лука оказался на узкой дороге, которая вела между каменистыми холмами.

Он уже начинал думать, что до Чёрной крепи ему не добраться, когда впереди увидел огонёк.

Подойдя ближе, Лука заметил старика. Тот сидел у дороги и складывал хворост в небольшой костёр.

Старик был худой, седой и казался таким древним, будто прожил на свете больше лет, чем можно сосчитать. За плечами у него висел старый дорожный мешок, а рядом лежал посох, потёртый от долгих странствий.

— Добрый вечер, дедушка, — поздоровался Лука.

— Добрый вечер, молодой человек — ответил старик. — Куда путь держишь в такой поздний час?

— В Чёрную крепь.

Старик посмотрел на него внимательно.

— И зачем тебе туда?

Лука рассказал про их уговор с братом и показал ракушку, единственной ценностью которой был шум моря, который она издавала, если приложить к уху. Этот шум напоминал Луке о доме.

— А брат просил принести ему что-то определенное?

— Нет, ничего такого.

Старик едва заметно улыбнулся.

Потом перевёл взгляд на окорок, который Лука нёс в руках.

— Когда войдёшь в Чёрную крепь, — сказал он, — тамошние жители захотят купить у тебя эту раковину. Ты можешь получить за неё что угодно, но запомни: не продавай раковину ни за что, кроме волшебной ручной мельницы, которую они хранят уже триста лет.

Лука удивился.

— Мельницы?

— Именно.

— Но зачем мне мельница?

Старик улыбнулся.

— Когда вернёшься домой, сам поймёшь.

Лука хотел спросить, откуда старику известно о мельнице, но старик уже отвернулся к огню.

И тут Лука вдруг почувствовал странное беспокойство.

Он посмотрел на седые волосы старика, на старый дорожный мешок, на потёртый посох.

«Неужели это...»

В Ветряных берегах, да и не только там, часто рассказывали о Старом Скитальце — загадочном страннике, который появляется то на одной дороге, то на другой и никогда подолгу не задерживается на одном месте.

Говорили, что встретить его дано не каждому.

А ещё говорили, что если послушать совет Старого Скитальца, обязательно получишь то, чего заслуживаешь.

Лука уже почти решился спросить прямо, но старик вдруг сказал:

— Давай ложиться спасть, время уже позднее. А у тебя еще впереди долгий путь до Чёрной крепи.

Лука согласно кивнул, и устроился на ночлег, подложив мехок со своими вещами под готову.


Когда утром с первыми лучами солнца Лука проснулся, костер почти погас. От него тянулась последняя тоненькая струйка дыма. А Скитальца уже рядом не было.

Лука быстро перекусил хлебом, запив его водой из чистого ручья, и отправился в дорогу.

Наконец он добрался до Чёрной крепи.

Высокие тёмные стены поднимались над скалами, а тяжёлая дверь была такой старой, что казалось, будто её вырубили из самой горы.

Лука постучал.

Долго никто не отвечал.

Потом дверь медленно отворилась.

Лука вошёл.

Внутри было совсем не так, как он ожидал. За каменными стенами начинались широкие подземные залы, освещённые множеством фонарей. Здесь жили странные подземные жители, и все они очень удивились, увидев человека с большим окороком в руках.

Не успел Лука сделать и нескольких шагов, как вокруг него собралась толпа.

— Продай нам раковину!

— Я дам тебе за него сто импов!

— Я дам двести!

— А я — триста!

Лука вспомнил слова старика.

— Нет, — сказал он. — Я отдам его только за одну вещь.

— За какую?

— За волшебную ручную мельницу, которую вы храните уже триста лет.

Подземные жители переглянулись. Им эта идея вно не понравилась.

Они предлагали импы, драгоценные камни и разные удивительные вещи из подземного царства, которых Лука раньше даже не видал, но он отказывался от всего.

Поняв, что никакие уговоры не помогут, они согласились.

Так Лука получил маленькую ручную мельницу.

Она выглядела совсем непримечательно: два круглых каменных жернова, деревянная ручка и небольшая деревянная рама.

Но Лука помнил слова Старого Скитальца.

Он взял мельницу и отправился домой.


* * *

Дорога обратно была долгой.

Когда Лука наконец добрался до родной деревушки, было уже совсем поздно.

Жена ждала его у дверей.

— Где же ты был? — спросила она. — Я уже думала, что с тобой что-нибудь случилось! В доме ни дров, ни еды почти не осталось.

Лука рассказал ей всю историю, про уговор с братом, про ракушку, про Старого Скитальца и про Чёрную крепь.

Жена оглядела мельницу, которую он поставил на стол.

— И что она делает?

— Не знаю.

— А Старый Скиталец сказал, почему нужно взять именно её?

— Ничего не сказал.

Жена вздохнула.

— Тогда хотя бы попробуем смолоть зерно.

Лука поднял с пола пустой пульный мешок пшеницы и нашел под ним несколько зернышек. Бережно насыпал их в отверстие мельницы и стал вертеть ручку.

Мельница захручтела, перемалывая зернышки пшеницы в муку.

— Этого даже на кашу не хватит, – сказала жена, глядя на небольшую белую горку.

"Неужели это обычная ручная мельница?", думал Лука, почесывая затылок.

— Может она хотя бы сама может намолоть? – предположила жена.

— Сама?

— Ну да. Скажи ей: «Мели муку».

Лука посмотрел на мельницу.

— Мели муку.

Ничего не произошло.

— Вот видишь.

Жена задумалась.

— Может, нужно повернуть ручку?

Лука повернул ручку. Всего раз.

Мельница щелкнула и загудела. Лука одернул руку, давая мельнице работать.

Но вместо муки из-под жерновов посыпались... целые пшеничные колосья.

Они падали на стол, гора все росла и росла. Колосья уже стали сыпаться на пол.

— Ой!

Лука отскочил.

— Я просил муку! — крикнул он.

Мельница загудела ещё громче.

Теперь вместо колосьев из мельницы посыпалось зерно.

Жена схватила миску.

— Останови её!

— Я не знаю как!

Через минуту уже вся кухня была завалена зернами пшеницы.

Лука наконец схватил ручку и задержал её. Мельница остановилась.

Они посмотрели друг на друга.

Потом жена подняла с пола колосок в одной руке, и зерна в другой.

— Кажется, она делает именно то, что ей говорят.

— Но я сказал «муку».

— Да, но у нас не было зерна, чтобы намелить ее.

Лука задумался.

Жена посмотрела на колосок.

— Думаешь, она решила, что сначала нужно получить то, из чего муку делают?

Лука нахмурился.

— Значит, она понимает слова буквально?

— Похоже на то.

Лука снова поставил миску под мельницу.

— Хорошо. Тогда попробуем ещё раз.

Он положил в неё зерна и сказал:

— Мели пшеничную муку для хлеба. Ровно столько, чтобы наполнить эту миску.

Повернул ручку.

Мельница загудела и в миску полилась мягкая белая мука.

Когда миска наполнилась до краёв, мельница сама остановилась.

Лука и его жена переглянулись.

— Теперь понятно, — сказал Лука. — Ей нужно не просто сказать, чего ты хочешь. Нужно сказать точно.

Жена улыбнулась.

— Тогда попробуй что-нибудь другое.

Лука оглядел кухню.

— Мели нам свежий хлеб. Три тёплые буханки, с хрустящей корочкой.

Мельница загудела.

Через несколько мгновений на столе лежали три румяные буханки, от которых шёл такой аромат, что у обоих сразу заурчало в животе.

Жена отломила кусочек и положила в рот.

— Такой вкусный хлеб у нас в деревне печет только пекарь Робен. — по виду она была очень довольная. — Главное теперь — не попросить её чего-нибудь не того.

Лука усмехнулся.

— Не бойся. Я уберу ее в старый сундук, а когда она нам понадобится, будем очень точно формулировать что и сколько нам нужно.


* * *

С того дня их жизнь изменилась.

Лука больше не нуждался в хлебе. Он мог приготовить всё, чего не хватало в доме. А когда понял, что мельница может молоть не только еду, но и другие вещи, стал постепенно богатеть.

Через некоторое время Лука построил новый дом.

Он был просторнее прежнего, с крепкой крышей и широкими окнами. А потом Лука решил попробовать то, на что раньше не решался.

— Мели золото.

Мельница загудела, и из-под каменных жерновов посыпались золотые крупинки.

Лука не стал жадничать. Но золота оказалось так много, что вскоре его хватило, чтобы украсить стены и крышу дома.

Дом сиял на солнце, и его было видно даже издалека.

В первый день весны Лука устроил большой пир и пригласил родных и друзей со всей деревни.

Когда Елисей увидел, сколько еды стоит на столе, сколько припасов лежит в кладовой и какой теперь у брата дом, он не смог скрыть зависти.

— Ещё совсем недавно он приходил ко мне просить кусок хлеба, — ворчал он. — А теперь посмотрите на него! Живёт лучше меня!

Весь вечер Елисей поглядывал на брата и всё думал, откуда тот взял столько богатства.

Наконец он не выдержал.

— Лука, откуда у тебя всё это?

— Да так, — ответил Лука.

— Не хочешь сказать?

— Не хочу.

Но поздно вечером за праздничным столом Лука выпил немного больше обычного, и Елисей снова начал расспрашивать его.

Наконец Лука сдался и рассказал, что променял ракушку, которую ему дал брат, на волшебную мельницу у жителей Чёрной крепи.

Елисей долго смотрел на неё.

— И она действительно может молоть всё?

— Всё, что ей прикажешь.

Елисей загорелся желанием получить мельницу.

Он уговаривал Луку, просил, даже умолял, обещал заплатить много импов и наконец добился своего. В конце-концов Лука согласился дать мельницу брату за даром, но с одной оговоркой:

— Я дам ее тебе на ровно на один год за пятьсот импов. И только после сенокоса. А до того дня она останется у меня.

Елисей согласился.

Когда пришёл сенокос, он забрал мельницу домой.

На следующее утро он отправил жену на луг помогать косарям, а сам остался дома готовить обед.

Когда подошло время обеда, Елисей поставил мельницу на стол.

— Ну-ка, — сказал он, — мели селёдку с похлёбкой!

Мельница тотчас загудела.

Сначала всё шло хорошо.

Селёдка посыпалась в миски, похлёбка полилась следом.

Но потом еды стало больше.

Ещё больше.

И ещё.

Скоро кадки были полны.

Потом похлёбка начала разливаться по полу.

— Хватит! — крикнул Елисей.

Но мельница продолжала работать.

Елисей попробовал повернуть ручку.

Потом потянул её на себя.

Потом толкнул.

Но мельница не останавливалась.

Селёдка и похлёбка хлынули на пол, заполнили кухню, потом гостиную и коридор.

Елисей бросился к двери.

За ним уже катился настоящий поток.

Он выскочил наружу и побежал прочь.

А из дома следом за ним хлынули селёдка, похлёбка и хлеб.

Вскоре весь двор оказался залит едой.

На лугу жена Елисея удивилась, почему муж так долго не зовёт её обедать.

— Наверное, он не справляется с готовкой один, — решила она. — Пойду-ка домой.

Она вместе с косарями отправилась обратно.

Но едва они поднялись по дороге, как навстречу им хлынул поток.

Селёдка, похлёбка и хлеб катились по дороге, словно настоящая река.

А впереди изо всех сил бежал Елисей.

— Берегитесь! — кричал он. — И лучше вам иметь по сто глоток, если хотите всё это съесть!

Он промчался мимо и не остановился, пока не добежал до дома Луки.

— Лука! — закричал он. — Ради всего святого, забери эту мельницу обратно!

— Но ведь год еще не прошёл. – рассмеялся тот, понимая, что случилось с братом.

— Потому что она утопит всю деревню в похлёбке!

Лука посмотрел на брата. Он понимал, что тот сам виноват, и стоило сначала спросить, как пользоваться волшебной вещицей, но не хотел, чтобы из-за его глупости пострадали люди и Ветреные берега оказались затоплены похлебкой с сельдью.

— Хорошо, — сказал он. — Я заберу мельницу обратно, если ты пообещашь, что никогда и никого больше не пошлешь в Чёрную крепь менять ракушки.

— Обещаю! – кричал Елисей, пытаясь забраться повыше на ёлку.

Так Лука получил обратно и мельницу, а Елисей с тех пор стал гораздо осторожнее с вещами, которыми не умел пользоваться.


* * *

Шли годы.

Лука богател всё больше, но не забывал, как когда-то у него не было даже еды к Долгой Ночи.

Он помогал соседям, давал зерно тем, кому его не хватало, и никогда не отказывал человеку в нужде.

Его новый большой дом, построенный у самого моря, сверкал золотом, которое намолола мельница.

В ясную погоду золотой дом сиял так ярко, что его было видно далеко с моря.

Мимо Ветряных берегов часто проходили корабли, и моряки рассказывали друг другу о чудесном доме и о его хозяине, у которого есть волшебная мельница.

Так слава о мельнице разнеслась далеко за пределы деревушки.

Однажды к берегу причалил корабль.

Им командовал шкипер, который давно мечтал найти способ добывать соль без долгих и опасных плаваний.

Он пришёл к Луке и спросил:

— Правда ли, что ваша мельница может молоть соль?

— Она может молоть всё, что ей прикажешь, — ответил Лука. — И соль тоже.

После этих слов глаза у шкипера заблестели так, что Лука сразу понял: тот решил во что бы то ни стало её заполучить.

Он долго просил Луку ее продать, предлагал любые деньги. Но деньги Луке были ни к чему пока у него есть волшебная мельница, и он раз за разом отказывался.

Тогда шкипер предложил Луке сделку – два раза в год следующие 20 лет его корабль будет заходить в порт их деревни и продавать свои лучшие товары, которые ему с командой удастся собрать по всему Дивнолесью. А жители деревни смогут предлагать за них свою цену, и шкипер всегда будет соглашаться. Лука понимал, что сделка выгодная для жителей деревни, и в итоге согласился.

Шкипер погрузил мельницу на корабль и поспешил уйти в море.

Он был так рад своей покупке, что даже не подумал спросить, как её остановить.

Когда корабль оказался далеко от берега, шкипер поставил мельницу на палубу.

— Мели соль! — приказал он. — Мели много!

Мельница загудела.

Соль посыпалась из неё белым потоком.

Сначала шкипер был доволен, ведь теперь у него будет столько соли, что он сможет наполнить им трюмы, быстро продать в ближайшем порту и получить за нее хорошие деньги.

Потом соли стало по колено.

Потом по пояс.

Потом она заполнила палубу и стала сыпаться в трюм.

— Хватит! — закричал шкипер.

Но мельница продолжала молоть.

Шкипер пытался повернуть ручку.

Тянул её.

Толкал.

Крутил в разные стороны.

Но ничего не помогало.

Мельница продолжала молоть и молоть.

Соль прибывала всё быстрее.

Корабль становился всё тяжелее.

Наконец он не выдержал и пошёл ко дну.

Вместе с кораблём опустилась на морское дно и волшебная мельница.

Но там она не остановилась и всё ещё мелет соль.

И, говорят, если выйти далеко в море и прислушаться к шуму волн, можно услышать тихий гул её жерновов где-то в глубине.

Вот почему море солёное.