Волшебные камни Лувинека – детская сказка

Когда-то в маленькой деревушке Лувинек, что расположена в предгорьях Красных скал, жил каменотёс по имени Беренс.

Беренс был честным и трудолюбивым юношей, но удача словно обходила его стороной. Сколько бы он ни работал, денег у него никогда не водилось. Особенно тяжело было оттого, что Беренс любил прекрасную Мадену — дочь самого богатого человека в Лувинеке.

У Мадены было немало поклонников, но сердце её принадлежало только Беренсу. Она с радостью вышла бы за него замуж, несмотря на его бедность, однако отец был человеком не только богатым, но и жадным. Ему вовсе не хотелось иметь бедного зятя. Мадена была так хороша собой, что он мечтал выдать её за богатого купца или, на худой конец, за зажиточного фермера.

Но Мадена решила: если ей не суждено стать женой Беренса, она не выйдет замуж ни за кого.

Однажды наступила зима, и Беренс оказался беднее, чем когда-либо прежде. Работы для каменотёса почти не было, а за редкие заказы ему платили сущие гроши. Он узнал, каково это — пропустить обед, а заодно и ужин, и мерзнуть от холода, когда в животе урчит от голода.

Хозяин постоялого двора в Лувинеке решил устроить большой пир для всех жителей деревни и пригласил туда и Беренса.

Тот был рад пойти: он знал, что на пиру будет Мадена. Даже если поговорить с ней не удастся, можно хотя бы смотреть на неё — а это всё же лучше, чем ничего.

Пир удался на славу. На столах было вдоволь еды и питья, всё самое лучшее, а гости, наевшись и напившись, становились всё веселее. Если Беренс и Мадена ели мало и почти не разговаривали, никто этого не замечал: все были заняты своими тарелками и громко смеялись над шутками.

Веселье было в самом разгаре, когда дверь вдруг распахнулась и в зал вошёл оборванный, жалкого вида нищий.

При его появлении смех и разговоры сразу стихли.

Нищего знали все жители деревни, хотя никто не знал, откуда он приходит и куда исчезает, когда отправляется странствовать. Люди побаивались его и говорили, что с ним лучше не ссориться.

— Я слышал, что здесь сегодня большой пир, — смиренно сказал нищий. — И что на него позвали всех жителей деревни. Может быть, после того как все поедят, останется что-нибудь, чем я смогу поживиться?

— Остатков здесь хватит на всех, — ответил хозяин. — Но сегодня я не предлагаю никому объедки. Садись к столу и ешь сколько хочешь. Еды у нас вдоволь.

Нищий сел за стол, как велел хозяин, но прежнего оживления уже не было. Вскоре гости один за другим поднялись, поблагодарили хозяина и разошлись по домам.

Когда нищий вдоволь поел и выпил, он отодвинул от себя тарелку.

— Хорошо я сегодня поужинал, — сказал он хозяину. — Не найдётся ли у тебя уголка, где можно переночевать?

— Есть конюшня, — нехотя ответил хозяин. — Все комнаты заняты. Но если не побрезгуешь спать там, на чистом сене, я не стану тебе мешать.

Нищий охотно согласился.

Он вышел в конюшню, устроился поудобнее в мягком сене и вскоре заснул.

Прошло несколько часов.

Была уже полночь, когда нищий вдруг проснулся с ощущением, что он в конюшне не один.

В темноте раздавались два странных голоса.

— Ну, братец, как твои дела с прошлой Долгой Ночи? — спросил один голос.

— Плохо, братец, совсем плохо, — ответил другой. — Мне кажется, за этот год работы стало больше, чем когда-либо.

Нищий лежал неподвижно и гадал, кто может разговаривать в такой час.

И тут он понял, откуда доносились голоса.

Из соседних стойл.

Разговаривали вол и осёл.

Нищий от изумления чуть не вскрикнул, но вовремя удержался. Он вспомнил старую историю, которую не раз слышал, но прежде никогда не принимал всерьёз: будто в Долгую Ночь немым животным в конюшнях ненадолго даруется человеческая речь.

Говорили также, что тот, кому посчастливится услышать разговор зверей, может узнать от них самые необыкновенные тайны.

Теперь нищий лежал, затаив дыхание, и слушал изо всех сил, боясь даже пошевелиться.

— У меня год тоже выдался тяжёлый, — сказал вол, отвечая ослу. — Вот если бы наш хозяин получил хоть немного сокровищ, спрятанных под камнями Лувинека! Тогда он смог бы купить ещё волов и ослов, и нам было бы легче работать.

— Сокровища? Какие ещё сокровища? — удивился осёл.

Вол, казалось, сам удивился его невежеству.

— Неужели ты никогда о них не слышал? Я думал, все знают о сокровище, спрятанном под камнями.

— Расскажи мне, — попросил осёл. — Я очень люблю истории.

Вол охотно согласился.

— Ты знаешь пустошь неподалёку от Лувинека? Там лежат огромные камни — такие большие, что даже целой упряжке волов не под силу сдвинуть их с места.

Осёл хорошо знал эту пустошь и эти камни. Ему не раз приходилось проходить мимо них по дороге в соседний город.

— Говорят, под этими камнями спрятано несметное количество золота, — продолжал вол. — Такова легенда, и известна она каждому. Но никто никогда не видел сокровища: камни ревниво охраняют его.

Раз в сто лет, однако, происходит чудо.

В полночь камни отправляются к реке пить воду.

Они покидают свои места всего на несколько минут, а затем возвращаются — катятся обратно со всех ног и снова закрывают своё золото.

Но если кому-нибудь удастся оказаться на пустоши в те несколько минут, он увидит такое, чего не доводилось видеть ни одному человеку.

До следующего ухода камней осталось всего несколько дней. Ровно через неделю исполнится сто лет с тех пор, как они в последний раз спускались к реке.

— Значит, через неделю этой ночью сокровище снова окажется открыто? — спросил осёл.

— Да. Ровно через неделю, в полночь.

— Ах, если бы наш хозяин только знал об этом! — тяжело вздохнул осёл. — Мы могли бы ему рассказать. Он отправился бы на пустошь, увидел сокровище и, может быть, успел бы набрать себе целый мешок золота.

— Да, но живым он оттуда всё равно не вернулся бы, — возразил вол. — Камни очень ревниво охраняют своё сокровище и уходят всего на несколько минут. Пока хозяин собрал бы золото и приготовился бежать, камни вернулись бы и настигли его.

— И что тогда?

— Тогда тот, кого коснётся камень, сам станет камнем и останется на пустоши навсегда. Говорят, именно поэтому среди них каждый век появляется новый камень.

— Значит, никто не может унести оттуда золото?

— Может. Но только если знает, как защититься.

— И как же?

— Нужно найти четырёхлистный клевер. Это знак удачи. Но если повезёт найти ещё более редкий — пятилистный, — он обладает настоящей волшебной силой. Тот, кто держит при себе пятилистный клевер, может пройти между камнями, и они не причинят ему вреда.

— Тогда всё, что нужно, — найти пятилистный клевер?

— Именно так. Но найти его нелегко. За всю жизнь можно ни разу не встретить ни одного.

Осёл задумался.

— Ах, если бы наш хозяин только знал об этом!

Вол ничего не ответил.

Время, когда животным было позволено говорить человеческим голосом, истекло. Ещё целый год они снова будут всего лишь немыми зверями.

А нищий лежал в сене и весь дрожал от возбуждения.

Сокровище Лувинека!

Если ему удастся завладеть им, он станет самым богатым человеком в деревне.

Да что там — в деревне!

Во всей стране!

Во всём мире!

Одно только увидеть и подержать в руках несметное богатство уже было бы чудом. Но прежде всего нужно было найти пятилистный клевер.

С первыми проблесками рассвета нищий вскочил с сена, закутался в свои лохмотья и тихонько вышел из конюшни.

Он отправился в поля искать клевер.

Найти обычный клевер было нетрудно — его росло повсюду, хотя теперь, зимой, большая часть растений уже увяла. Нищий перебирал кустик за кустиком. Иногда ему попадался стебелёк с четырьмя листочками, и всякий раз он радовался: четырёхлистный клевер считался добрым знаком. Но пятилистного не было.

Наступала ночь, и тогда приходилось прекращать поиски. Но на следующий день он снова принимался за них.

Так проходил день за днём.

И всё без толку.

Нищий пришёл в ярость от злости и разочарования. Шесть дней пролетели один за другим.

Когда наступил седьмой день, он уже почти потерял надежду. Несколько часов он ещё искал клевер, а потом решил сдаться и повернул обратно к деревне.

По дороге он проходил мимо груды камней и вдруг заметил кустик клевера, выросший в узкой расщелине.

Без особой надежды он нагнулся и стал рассматривать его листочек за листочком.

И вдруг закричал от радости.

Ноги задрожали так сильно, что ему пришлось опуститься на колени.

Последний стебелёк оказался пятилистным.

Он нашёл пятилистный клевер!

Надёжно спрятав волшебное растение за пазухой, нищий поспешил обратно в деревню.

До ночи он собирался отдохнуть в трактире, а затем отправиться на пустошь.

Если рассказ вола окажется правдой, ему предстояло увидеть зрелище, которого до сих пор не видел ни один живой человек.

Дорога проходила мимо пустоши.

Уже смеркалось, когда нищий подошёл к ней.

Вдруг он остановился и прислушался.

Из-за камней доносился странный стук: тук-тук, тук-тук.

Осторожно приблизившись, он заглянул между камнями и увидел нечто удивительное.

Перед самым большим камнем стоял Беренс.

Он усердно работал молотком и зубилом, высекая на поверхности камня крест.

Нищий подкрался к нему так тихо, что Беренс ничего не заметил.

— Странное же это занятие, — внезапно произнёс нищий у него за спиной. — Зачем ты тратишь время, высекая крест на таком одиноком месте?

— Знак креста никогда не бывает лишним, где бы его ни высечь, — ответил Беренс. — А что касается времени — сейчас всё равно никому не нужна моя работа. Лучше уж я буду делать это, чем попусту сидеть без дела.

В голове нищего мгновенно мелькнула странная мысль — настолько страшная, что он даже побледнел.

Он подошёл к Беренсу и положил руку ему на плечо.

— Послушай, Беренс, — сказал он. — Ты хороший мастер и честный человек, но за всю свою работу едва зарабатываешь себе на жизнь. А что, если я скажу тебе, что всего за одну ночь ты можешь стать богатым? Богаче самого богатого человека в деревне? Так богат, что не останется ни одного желания, которое ты не смог бы исполнить. Что ты об этом скажешь?

— Ничего, — беззаботно ответил Беренс. — Я просто знаю, что это неправда.

— Но это правда! Правда, говорю тебе! — горячо воскликнул нищий. — Послушай, и я расскажу тебе всё.

Он подошёл совсем близко и шёпотом пересказал ему историю, которую накануне услышал от вола: историю о сокровище, спрятанном под камнями Лувинека.

Но рассказал он далеко не всё.

Он умолчал о пятилистном клевере, без которого камни могли превратить человека в камень.

И не сказал, что тот, кого коснётся возвращающийся камень, навсегда останется на пустоши.

Беренс слушал очень внимательно. Лицо его стало серьёзным, а глаза блеснули в сгущавшемся сумраке.

— Зачем ты рассказываешь мне это? — спросил он. — И почему готов поделиться сокровищем, которое могло бы достаться тебе одному? Если ты сделаешь меня богатым, чего потребуешь взамен?

— Разве ты не понимаешь? — ответил нищий. — Ты гораздо сильнее меня. Я, как ты знаешь, человек слабый и неуклюжий. Если мы вдвоём отправимся туда, пока камни будут у реки, мы соберём больше золота, чем я смог бы собрать один.

За то, что я открыл тебе эту тайну, я прошу лишь об одном: если мы найдём сокровище и сумеем вынести его с пустоши, разделим всё поровну. Половина тебе, половина мне.

Беренс медленно кивнул.

— Это справедливо. Было бы удивительно, если эта история о сокровище действительно окажется правдой. Но я всё равно пойду с тобой сегодня ночью. Возьмём большие мешки. Если нам удастся набрать хотя бы немного золота, я никогда не перестану быть тебе благодарен.

Нищий не смог ничего ответить.

У него стучали зубы — наполовину от страха, наполовину от жадного предвкушения.

Бедный честный каменотёс и не подозревал, что нищий собирается оставить его среди камней, чтобы самому унести всё золото.

Было уже почти полночь, когда Беренс и нищий вернулись на пустошь с мешками.

Луна сияла ярко и чисто, освещая огромные камни, которые возвышались вокруг них — неподвижные, серые, тяжёлые.

Трудно было поверить, что эти камни когда-либо двигались со своих мест и когда-нибудь снова смогут сдвинуться.

В лунном свете Беренс хорошо видел крест, который высек на самом большом камне.

Они с нищим спрятались за кустами.

Вокруг было тихо. Только где-то неподалёку едва слышно журчала река.

Вдруг по пустоши словно прошёл лёгкий ветерок.

А далеко в деревне Лувинек раздался первый удар полуночного колокола.

И тут произошло нечто странное и удивительное.

Неподвижные камни закачались.

Зашевелились.

С треском и грохотом они вырвались из земли, в которой простояли столько лет.

А затем покатились вниз по склону к реке.

Всё быстрее и быстрее.

И когда последний камень исчез из виду, на пустоши в лунном свете засверкало огромное сокровище.

— Скорее! Скорее! — пронзительно закричал нищий. — Они скоро вернутся! У нас нет ни минуты!

Он бросился к золоту и стал жадно сгребать его горстями, запихивая в мешок.

Беренс тоже не терял времени.

Они работали так поспешно, что вскоре два больших мешка почти доверху наполнились золотом.

В жадности и спешке они забыли обо всём на свете.

Вдруг раздался глухой грохот.

Беренс поднял голову.

И тут же вскочил с криком:

— Смотри! Смотри! Камни возвращаются! Они уже совсем близко! Сейчас они нас настигнут!

— Тебя — возможно, — спокойно ответил нищий. — А меня — нет.

Он достал из-за пазухи пятилистный клевер и поднял его перед собой.

— Я всё это время искал его. Пока держу клевер при себе, камни не смогут меня коснуться.

Беренс понял, что нищий с самого начала собирался обмануть его.

— Ты знал! — воскликнул он. — Ты всё знал и ничего мне не сказал!

— А теперь уже поздно, — ответил нищий.

Камни были совсем близко.

Нищий крепко сжал пятилистный клевер и приготовился пройти между ними.

И произошло чудо.

Ряды камней раздвинулись и покатились по обе стороны от него, словно обходя невидимую преграду.

Нищий торжествующе улыбнулся.

Но в этот миг Беренс увидел, что прямо на него катится самый большой камень.

Тот самый, на котором он высек крест.

Беренс бросился прочь.

Но было поздно.

Камень приближался.

Он уже приготовился к худшему, когда произошло ещё одно чудо.

Камень с крестом вдруг остановился.

Он словно наткнулся на невидимую стену.

Остальные камни катились всё ближе, но, едва приближаясь к кресту, сворачивали в сторону. Они не могли пересечь границу, которую отмечал этот простой знак.

Беренс замер.

Он не понимал, что происходит.

А затем увидел, как камень с крестом встал между ним и остальными камнями, словно защищая его.

Один за другим камни прокатились мимо.

Ни один не коснулся Беренса.

Ни один не коснулся камня со знаком креста.

Наконец последний камень вернулся на своё место.

На пустоши снова стало тихо.

Беренс долго стоял неподвижно, не веря, что остался жив.

А потом вспомнил о нищем.

Тот уже почти добрался до края пустоши. Пятилистный клевер по-прежнему был зажат у него в руке, а за плечами висели мешки с золотом.

— Беренс! — крикнул он. — Прощай!

Но далеко уйти ему не удалось.

Внезапно нищий остановился.

Перед ним оказался тот самый камень, на котором Беренс высек крест.

Нищий попятился.

Он поднял пятилистный клевер, уверенный, что волшебное растение снова защитит его.

Но камень не остановился.

Он медленно двинулся вперёд.

Нищий попятился ещё дальше.

И тогда понял то, чего не знал раньше: пятилистный клевер мог защитить его от зачарованных камней, но не мог снять заклятие с самого камня.

Камень приблизился.

Коснулся его.

И в ту же секунду нищий замер.

Его руки, ноги и лицо стали серыми и неподвижными.

Через мгновение перед Беренсом стоял уже не человек, а новый камень.

Он остался лежать на пустоши рядом с остальными — и должен был оставаться там до тех пор, пока однажды, через сто лет, камни снова не отправятся к реке.

Беренс посмотрел на него, потом на мешки с золотом.

И вдруг понял, что совершенно не хочет больше находиться здесь.

Он взвалил мешки на плечи и поспешил прочь.

Когда Беренс вернулся в Лувинек, солнце уже поднялось над крышами домов.

На одном плече он нёс тяжёлый, доверху набитый мешок.

Второй тащил за собой.

Оба были полны золота — сокровищ, которые столько лет скрывались под камнями Лувинека.

С тех пор Беренс стал самым богатым человеком в деревне.

Отец Мадены больше не возражал против их брака.

Мадена и Беренс поженились и прожили долгую жизнь в достатке и счастье.

А Беренс до конца своих дней не любил проходить мимо той пустоши.

Если дорога заставляла его идти в ту сторону, он всякий раз сворачивал подальше от камней.

И только однажды, много лет спустя, он всё-таки остановился и посмотрел на них издалека.

Среди серых камней стоял один, на котором был высечен крест.

Беренс улыбнулся.

— Хороший знак, — тихо сказал он и пошёл своей дорогой.